Во время родов Люда вспоминала тот день, тот кошмар, когда она принадлежала им всем четверым

Люда не славилась чтоб такой уж красотой, но что-то в ней мужчин манило, кавалеров хватало никогда, еще со школы. Но ей поначалу хотелось чего-то добиться в жизни, представлять из себя что-то достойное, выучиться.

Вступила в Киеве на международные отношения, сама, потому что у родителей и денег не было платить, да и собственных знаний хватило.

На последнем курсе перешла на заочку и устроилась в известное турагентство. Работа нравилась, она старалась и быстро достигла уровня, когда начала летать-тестировать туры своей фирмы, хорошо зарабатывать.

А владелец агентства – хвалить его и… проявлять знаки внимания.

Сначала – деликатные, просто шутливые намеки или приятные безделушки: шоколадку, цветочек во время ее смены в офисе.

Артур был женат, и хотя Люда на тот момент ни с кем не встречалась, разбежалась несколько месяцев назад со слишком ревнивым Денисом, но отвечать ему взаимностью не собиралась.

Во-первых, она никак не желала участия любовницы женатого мужчины.

А во-вторых, и это, пожалуй, было главной причиной, Артур ее не нравился.

Не привлекала его внешность, отталкивало какое-то его пренебрежительное отношение к людям в целом, то как он рассказывал иногда о ком-то из своих друзей или знакомых, при этом демонстрируя откровенное пренебрежение к ним.

Он был для нее шефом и неприятным человеком. Вот и все.

Артур же "наступал".

И Люде пришлось ему честно сказать, чтобы он ни на что не рассчитывал.

Сделала она это, когда Артур единственный раз подвез ее домой, не смогла отделаться, но решила использовать ситуацию себе на пользу и воспользоваться возможностью расставить «точочки над «и»».

Артур остановил машину у ее подъезда и потащился, чтобы поцеловать. Люда остановила шефа и прямо сказала, что как мужчина он ее не интересует, а тем более потому, что имеет семью. Чтобы перестал «атаковать» ее, это результата не даст.

Артур усмехнулся: и чего ты такая недотрога? Ну ок, пусть будет по-твоему...

Артур усмехнулся: и чего ты такая недотрога? Ну ок, пусть будет по-твоему.

Но поражение не простил.

…После новогоднего корпоратива шеф лично вызвался подвезти троих девушек домой. Был слегка под хмельком, но ему это не было препятствием сесть за руль. Сели они втроем на заднее сиденье, а не перед вскочил какой-то знакомый Артура, которого они подобрали, едва отъехав от ресторана.

Первыми завезли двух Человеческих коллег, а товарищ шефа почему-то пересел к ней обратно.

Мгновенно схватил Люду в стальные объятия, вырвал из рук сумочку с мобильным, опрокинул Артуру.

– А теперь едем, куда я повезу, куколка, – с улыбкой повернулся к пассажирам шеф. – Не бойся, жива будешь. Да станешь визжать – тебе же хуже будет.

Люда в «клешнях» сообщника Артура и слова сказать не могла, так они ее сдавили…

Это был какой-то загородный частный дом. Все, что там произошло, Люда воспринимала как в тумане, и в то же время запомнила все до мелочей…

Их было четверо. Это был ужас, кошмар, которого она в самых страшных снах своих не видела… А потом ее, с разбитыми губами, разорванную на клочки отвезли домой, вытолкнули возле дома. Перед этим в машине предупредили: «ударишь» хоть кому-то, хоть куда-то – из-под земли достанем.

…Тот новый год Люда никогда не забудет.

Кровать, завешенные глухо шторы.

На звонки друзей не отвечала, а родителям позвонила и сказала, что едут с подружками на праздники в Карпаты.

Через неделю вылезла во двор. На работу больше не пошла, дорога туда исчезла с лица земля и ее жизни.

Сдала необходимые анализы в медлаборатории – к счастью, была здорова.

Уехала в райцентр под Киевом. Нашла работу. Сняла квартиру. Все – на автомате.

Через месяц узнала, что беременна.

Решение знала с первой минуты.

Запретить ребенку родиться Люда не могла по своим нравственным и духовным взглядам. Но потом ей никто не запретит то, что она решила.

…Во время родов Люда вспоминала тот день, тот кошмар, когда она принадлежала им всем четырем… На следующий день после рождения девочки она написала отказ от младенца.

А через полгода перестала спать, плакала слезами и душой: где теперь ее маленькая, ни в чем не повинная долька?..

Что-то в ней изменилось сразу после рождения младенца, но тогда она этого еще не осознала, понимание приходило постепенно.

По ночам она представляла как маленькая девочка, никому по-настоящему не нужная, плачет в каком-то детдоме.

Не прижата, не согрета маминым теплом, любовью, как когда-то была согрета она…

Или же ее прижимает к себе, играет с ней, ловит ее первые улыбки-лучики какая-то чужая женщина.

Это стало невыносимо.

Даже зла на своих обидчиков не осталось – как доказательство Люда однажды смогла в храме за их здоровье свечу поставить.

А вот мысль о своей заброшенной кровинке не давала душе покоя, не давала жить.

И Люда решилась все рассказать маме, от которой умышленно удалилась за это время.

И как мать не уговаривала, не умоляла, не настаивала обратиться к правосудию – Людмила смогла ее убедить, что не желает того не от страха, а потому что считает, что каждому воздастся рано или поздно по заслугам. А вот что ей действительно нужно – это найти и вернуть своего ребенка.

…Мария, после звонка незнакомой женщины, а затем после встречи с Людой, после того, как услышала историю рождения дочерившей девочки, долго думала.

И решила вернуть Верочку настоящей матери.

Потому что понимала: судьба не просто так подарила Люде этого ребенка после такого, не просто так в Люде проснулась к ней материнская любовь. И только мама сделает Веру счастливой. А они с Сергеем подарят счастье другие заброшенному отверженному ребенку – таких много.

…Вере сейчас четыре года, растет здоровой, веселой девочкой. С большими глазками, наполненными какой-то тайной, не свойственной ее возрасту, мудростью, словно чувствует что-то совсем недетское…

А Человеческое сердце вот только-только смогло начать открываться мужчине, и в них с Верой жизнь осторожно и потихоньку входит Александр.

Источник