Маленький щенок прижимался к своей сестренке, в коробке было очень холодно, но он еще не знал, что сестренке уже все равно. Щенок не знал, что человек, который несколько часов назад оторвал их от мамы и положил в коробку, оставил малышей на дороге в неизвестном месте. Человек даже не думал о том, как сложится их дальнейшая судьба, его не интересовало, найдут их живыми или нет. Его любимая собака Алабай, чистых кровей, роила на свет двух щенят.

Пару месяцев назад она сбежала из дома, прибилась к стае бродячих собак и гонялась с ними по округе и радовалась свободе, пока ее не поймал хозяин. В положенный срок у нее родилось два щенка, когда щенки немного подросли хозяин сложил их в коробку и отвез в ближайший к городу райцентр, который уныло тянулся вдоль трассы. Почему он не утопил их сразу, а обрек на мучительную гибель только одному богу было известно. Но тут вмешались какие-то высшие силы, давая маленькому созданию шанс на спасение.

Дворник Матвей уныло шел домой из ларька, и правого кармана торчал алкогольный напиток. Сегодня холодно, он очень замерз и хотел поскорее согреться. И тут на его пути оказалась коробка. Матвей машинально ее пнул и оттуда донесся какой-то писк.

- «Ух ты, какой Бутуз», - Матвей покрутил в руках щенка. – «Подарю жене, у нее как раз сегодня день рождение, а на подарок денег нет»

Они долго спорили на прокуренной кухне как назвать щенка. Матвей предлагал банальное «Шарик» или «Бобик», жена настаивала на красивом имени «Мейсон», наверное, насмотрелась Санта-Барбары.

- «Ну ладно, это же у тебя сегодня день рождение», - сказал Матвей. - «Пусть будет по-твоему»

Так щенок стал Мейсоном, правда счастья ему это не принесло. Жизнь у него была не сладкая, совсем не такая как у заграничных псов. Как будто кто-то испытывал его на прочность, посылая все новые и новые испытания.

Жил Матвей в стареньком бараке, продуваемом всеми ветрами недалеко от трассы. Дом этот достался ему по наследству и стоял на самом отшибе его маленького города. Именно поэтому их нетрезвые разборки с женой никому не мешали. Соседей по близости не было.

Мейсона часто наказывали за лужи пока он был щенком, за испорченную мебель и обувь, а иногда Матвей мог просто так его пнуть, потому что Мейсон попался ему на пути. Хозяйка тоже не любила щенка и никогда не защищала его от нетрезвого мужа. Из маленького пушистого создания он превратился в нескладного подростка, а затем в высокого, но крепкого пса. Шерсть его была совершенно невероятного цвета, как у его матери, белая с каким-то нежно-розовым оттенком.

По вечерам Мейсон смотрел на освещенные окна домов и думал, он не мог понять для чего родился и живет на этой семье, если он никому не нужен. И мечтал о том, чтоб у него был свой теплый дом и добрый хозяин, а он бы ему стал верным другом. Они могли бы по долгу гулять в парке, а потом вернувшись с улицы ужинать теплой кашей с кусочками мяса.

Так думал Мейсон лежа на холодном полу нетопленной печи и пустой миске. Когда было совсем невмоготу от нетрезвых хозяев, он уходил на трассу и подолгу сидел там, вглядываясь в проезжающие машину. Ему казалось, что вот-вот остановится какой-нибудь автомобиль и добрые руки заберут его к себе домой. Домой, какое все-таки это теплое слово.

Как-то неожиданно для молодого пса в доме стало тихо, хозяйка перестала пить, а Матвей подолгу сидел в одиночестве на кухне. Скандалить ему теперь было не с кем и он, добравшись до дна бутылки ложился спать.

Мейсон сперва никак не мог понять, что происходит, но растущий живот хозяйки все расставил на свои места. На несколько месяцев дома поселился мир и покой и Мейсону даже показалось, что сбываются его мечты. Но счастье собаки длилось не долго, в один из дней домой привезли малыша. Розовый комочек вкусно пах молоком, Мейсону даже хотелось его лизнуть. Он сразу же полюбил маленького человека, только зачем им ребенок, что они будут делать с ним, тревога поселилась в душе пса.

И вскоре его опасения оправдались, хозяйка плохо справлялась с ролью матери, на нее сразу навалилось все, кормление по часам, бессонные ночи и грязные пеленки. Ребенок – это тебе не щенок, которого можно задвинуть подальше и не обращать внимание. И через пару месяцев они с Матвеем часто стали выпивать. Только теперь в доме страдали два живых никому не нужных существа, которые остались без материнской любви. Мейсону было жалко малыша.

Длинными, холодными, одинокими вечерами и ночами он забирался в детскую кроватку и грел ребёнка своим теплом засыпая рядом. В тот вечер, после ссоры горе родители ушли в дальнюю комнату спать. Они уснули и не обращали внимания на крики ребенка. Он хотел есть, но матери было все равно. Она уснула возле телевизора, а Матвей в кресле с непотушенной сигаретой в руках. По полу уже начал растекаться едкий дым, который потихоньку заполнял пространство их спальни.

Что-то не давало Мейсону уснуть и беспокоило все сильнее и сильнее. Гены, доставшиеся ему в наследство от бесчисленных поколений бродячих собак, стучали в голову. Бежать, надо срочно бежать отсюда. Он встал и пошел к двери, она, как всегда, была открыта. Уйду навсегда и никогда не вернусь, в этот дом и в эту жизнь, решил пес раз и навсегда.

А как же малыш? Нет, он не мог оставить малыша в этом месте, это единственное существо, на земле которого любил Мейсон, значит мы уйдем вместе. И тут ребенок, лежавший в своей комнате, тревожно пошевелился во сне и заплакал, родители, как всегда, не обращали внимание. Мейсон вытащил ребенка из кроватки, аккуратно взял сверток и дотащил малыша до двери.

Неся в зубах свой самый ценный груз, пес пошел к трассе, только там он мог найти спасение для себя и для ребенка. Во всяком случае, он так думал.....

Даша возвращалась в город от родителей, которых она навещала раз в месяц, еще пара населенных пунктов и она дома. А там ее ждет любимый муж. Вдруг впереди в свете фар она увидела что-то белое на обочине, прямо на дороге ей показалось что-то лежит, она притормозила и остановила машину.

Даша вглядывалась в темноту и не могла поверить своим глазам, там в метрах двадцати впереди действительно, лежал маленький сверток, а рядом сидел огромный дрожащий от холода и страха пес.

Женщина медленно вышла из машины, боясь приблизиться к грозному защитнику маленького ребенка. Каждый шаг в сторону малыша и собаки вызывал в её сердце ропот. Её было страшно, и разум говорил, оставь это дело, но по другому она не могла.... Подойдя впритык Алабай наконец-то отреагировал, и от его реакции Даша в миг оторопела...

Мейсон вдруг резко ринулся к с места. В начале девушка перепугалась, но вскоре поняла, что он двигается не на неё, а отступает назад, давая понять, что нападать не собирается...

- «Господи», - пробормотала Даша и подбежав ближе упала на колени прямо на землю. Она заглянула в сверток и увидела маленькое сморщенное личико ребенка пытавшегося заплакать. – «Боже мой, это же младенец», - прошептала девушка. – «Как он здесь оказался»

Хотя к таким выкрутасам судьбы ей было не привыкать. Девушка работала в органах, в отделе по работе с несовершеннолетними и видела всякое. Она схватила на руки ребенка и бросилась к машине. Надо было как можно скорее добраться до города и помочь малышу.

Даша уже отъехала на несколько сотен метров, как вдруг вспомнила о собаке. Пес медленно брел по обочине дороге в сторону города, подальше от своей прежней жизни. Неожиданно машина с малышом дала задний ход и остановилась рядом с Мейсоном. Дверь открылась, пес с перва даже не понял, что это его приглашают сесть на заднее сидение.

Даша вышла из машины и подошла к Мейсону, добрые теплые руки ласково потрепали его за ухо.

- «Давай скорее, поехали домой малыш», услышал пес заветное слово «домой», как же он давно мечтал его услышать.

Машина мчалась по трассе все быстрее и быстрее. Мейсон прижался к спящему ребенку всем телом и заснул под тихое шуршание колес, все было так, как в его мечтах, ему снился дом, добрые глаза девушки, ее теплые руки и миска с теплой кашей и мясом.

Они с малышом ехали домой, а Даша думала о том, что этого найденыша она обязательно усыновит, не зря же именно ей он встретился на дороге.

Источник