В то лето, 20 июля, Капитолине Николаевне, а попросту – бабе Капе, исполнялось шестьдесят лет. По этому случаю к ней в гости собиралась приехать ее родная сестра, Анастасия Николаевна, со своим супругом, Петром Ивановичем, и взрослой дочерью, Варварой.

Внуков своих, Кольку и Петьку, Анастасия Николаевна ещё в начале июля привезла на каникулы к сестре. Баба Капа была одинокой женщиной и всегда с радостью принимала у себя внучатых племянников. Ребята были погодками, Кольке исполнилось девять, а Петьке десять лет.

Ребята с удовольствием гостили у радушной бабы Капы и наслаждались незатейливыми деревенскими буднями. Если надо по огороду помочь – пожалуйста, по дому – не проблема, а в свободное время гоняли на пруды на стареньком бабы Капином велосипеде. Колька сзади, на багажнике, а Петька, так тот всегда за рулем, старший же!

Накануне праздника баба Капа была в зашпарке, гостей встречать – ответственное дело, тем более, юбилей! На помощь ей пришла верная ее подруга, Надежда Петровна, вместе у них дела пошли куда веселее. Ближе к вечеру баба Капа кинулась затереть горчички, а горчичный порошок закончился. Отправила пацанят в магазин.

На их беду на обратном пути довелось им столкнуться с дедом Митрофаном. Митрофан, как всегда, вечером сидел на своей лавочке, рядом стояло пустое ведро – только что отнес Михалычу груши со своего сада, а они у деда Митрофана были знатные! А теперь просто сидел, скучал, пока не увидел Капиных пацанят.

- Здрасте, дедушка Митрофан, - почти в унисон поздоровались вежливые мальчики.

- Здорово, здорово, ребяты, откудава путь держити?

- Баба Капа в магазин посылала за горчичным порошком, горчицу затирать будет, - отрапортовал старшенький, Петька.

- От ить как! Значить все-таки Капа собраласи лягушек жарить? Д-а-а, лягушки без горчицы, так, ерунда, а не деликатес. К лягушкам обязатильна горчичка нужна.

- Каких лягушек? - округлили глазёнки пацанята.

- Д-а-а, ребяты! Казус тут со мною приключилси, обещал я вашей бабушке бадью лягушек наловить на жарёху, вот уже и вядро приготовил, хотел итить на пруд, да чёт така слабость навалилася, хочь криком кричи. Видать, здря вы за горчицей в магазин бегали. Не получица у Капитолины деликатеса хранцузскава. А она так хотела себе на юбилей. "Ты, - говорить, - Митрофан, мне никакова подарка не няси, налови мне лягушек бадью, я хочу гостей хранцузским деликатесом побаловать". Говорить, что рецепт в последнем номере "Крестьянки" нашла. О как! А я было собралси до пруда, да занемог, видать подвел я Капу, не будить у ей на именинах никакова деликатеса. Э-х-х! Расстроица Капа.

Пацанята переглянулись – надо деда и бабу Капу выручать!

- Дед Митрофан, а давайте мы на пруд смотаемся, наловим лягушек, нам не трудно, правда. Чего бабу Капу расстраивать? – Предложил Петька.

- А я не буду лягушек жареных есть! – Вставил свои три копейки Колька.

- Будешь, не будешь исть, чаво рассуждать-то, вы еще их попробуйте наловитя! Не будуть они! Их хранцузы знаити, как жруть – аж за ушами трящщить! Так выручите деда? Не забоитися?

- Выручим, конечно, - гордо задрав подбородок, ответил старшенький, - мы уже взрослые, сейчас только бабе Капе горчицу отнесем, велик возьмем и всё сделаем!

- Да вы ж толька сматритя, меня не выдавайте, это я же ей лягух обещалси наловить, скажитя, что с пацанами на рыбалку, договрилися?

- Ага, - кивнули головой пацанята.

- Идити, а на обратном пути за бадейкой заходити, я подожду. Да как лягух насобираити, в дом к бабе Капе сразу не няситя. Ташшити ко мне, я на бадью бант какой-нябудь начиплю, подарок все ж, а как баба Капа заснёть, так прибягайте, она проснётся, а тут подарок! Вот радости-то будить, прям представляю. А сачки, сачки-то у вас есть, чай на рыбалку бегаити? Вот и их прихватити, все сподручней будет лягух таскать.

Пока пацанята бегали по трем прудам за лягушками, дед Митрофан пошёл в магазин.

- Здорова, Зина! – поприветствовал скучающую продавщицу дед Митрофан, - у тибе есть бант какой-никакой?

- Ну есть, вот краснай и белый, тибе на кой нада?

- Да у Капитолины-то завтри юбилей. Вот мине пригласила.

- Да иди ты, хто ж тибе поверить?

- Да клянуся, сама приходила, звала. А у мине, как нарочно, Машка моя опоросиласи, так один поросёночек така красавица, ну чиста Капа в молодости, вот решил преподнесть на юбилей, бантик начиплю, чем не подарок-то? Да, Зин, чуть не запамятовал, а у тибе маёонез имеица?

- Да ты чаво, откудава у меня маёонез, а на кой он тибе?

- Да Капа глядить, что я до магазину пошёл, попросила купить, если есть, говорить, для гостей городских хранцузский деликатес завтри приготовить, из лягушек собираласи. Ага, и пацанят уже на пруд с бадьёй отправила, точно тибе говорю, сам видал.

- Да иди ты, лягушками? Гостей? Да она чаво там, совсем из ума выжила?

- Да почём я знаю, моё дело про маёонез прознать, нету, так и скажи.

Вот так вся деревня узнала, что баба Капа гостей на юбилее лягушками кормила.

Суть да дело, пацанята насобирали ведро лягушек, получили от Митрофана выговор за то, что всё подряд хватали, мол, надо было покрупнее, да пожирнее выбирать, мол, лягушки – это тебе не курица, которая, чем жёстче, тем наваристее.

Дед нацепил красный бант на ручку ведра и поставил его в катух, накрыв крышкой от большой эмалированной кастрюли. Пацанам велел прибегать, когда баба Капа заснёт, а сам спокойненько смотрел телевизор, да подхохатывал.

Туда – сюда, и пацанята за ведром прибежали.

- Ну, чаво, прибёгли? Ну идити, в катухе забирайти, да глядити тама, бант мне не спортити. Домой принясёти, на кухне поставьти. Капитолина проснёца по утру, а у ей всё для деликатеса готово, толька вы крышкай на ночь не накрывайти, а то посдохнуть ещё без воздуху, какой тада деликатес из дохлых лягушек?

Ребята так и сделали. Утром их разбудил дикий крик бабы Капы, сразу и не поняли – то ли она плачет, то ли смеётся, то ли проклинает кого. Ночью любопытный кот перевернул ведро, Капитолина спала "без задних ног", не слышала ни грохота, ни кваканья лягушни. Очень скоро выяснилось, от кого ей такой подарочек прилетел, пацаны полдня по хате лягушек собирали, да разве их всех соберёшь?

Дед Митрофан всю вторую половину дня наблюдал, как Капины гости периодически выскакивали с криками из хаты - то одному лягушка на ногу прыгнет, то другой на лягушку чуть не наступит. Но, в целом, гости, зная о проделках Митрофана, от души посмеялись над очередным розыгрышем, баба Капа даже на них слегка обиделась.

На следующий день баба Капа пришла в магазин.

- Здорово, Зина, хлеб свежий не подвязли?

- Не, севодни не будеть, у Михалыча машина сломаласи, тольки завтре, если починить.

- Плохо.

- Ну, чаво, Капа, подарил тибе Митрофан на юбилей поросёнку?

У Капы аж глаза сверкнули.

- А как жа, подарил, да не поросёнку, а в-о-о-т таку свинью! Ищё и бантикам перевязал, зараза.

- А бантик ето он ко мне покупать приходил, я ему краснай посоветовала.

- От спасиба тибе, Зина, за заботу, век не забуду!

- А гостям тваим лягушки понравилися?

- Ищё как понравилися! Ничаво и не запомнють небось, акромя этих лягушек! – И Капа, хлопнув дверью, вышла из магазина.

А через час Зина, перегнувшись через прилавок, шептала Нюрке на ухо:

- Капа говорить, что гости, акромя лягушек ничаво и есть не стали, тольки их и ели, представляшь? А ведь Капа, не отнять, хозяйка знатна! Видать и вправду укусно, не зря же хранцузы их жруть! Надо бы у Капы рецепт спросить.

Долго ещё у бабы Капы то один, то другой рецепт лягушек спрашивал, пока она не додумалась этих ходоков до деда Митрофана перенаправлять:

- Да затирялси где-то окаянный, да ты иди до Митрофана, это ж он мине из "Крестьянки" переписать дал.

Источник